Показаны сообщения с ярлыком общество. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком общество. Показать все сообщения

суббота, 12 марта 2011 г.

Катаклизм как стимул

Слепая, тупая и неумолимая стихия, перемалывающая в крошку бетон, сминающая мосты, дороги и здания, выбрасывающая многотонные корабли на сушу, внушает по-настоящему первобытный ужас. Победа хаоса над упорядоченностью, энтропии над экстропией, природы над разумом, которую мы сейчас наблюдаем на восточном побережье Японии, очень хорошо показывает всю ничтожность творений венца эволюции перед лицом масштабных природных явлений. Ведь даже японцы, одно из самых высокотехнологичных, высокоорганизованных сообществ, составляющих человеческую расу, бессильны перед слепой яростью океана. Страшно даже не столько от вида шокированных, перепуганных людей, не столько от картин разрушенной инфраструктуры, сколько от осознания того, насколько хрупок и ненадежен фундамент, на котором стоит человеческая цивилизация. От того, что Земля - это ничтожный крошечный шарик, убежать с которого, скрываясь от безумства природы, сейчас не получится при всем желании.

Нам никуда не деться от катаклизмов. Мы не сможем найти на планете место, гарантированно изолированное от цунами, тайфунов, землетрясений, пожаров, падений небесных тел, и, самое главное - от собственного идиотизма и равнодушия. Самое лучшее, что мы можем предпринять - это в критический момент оказаться готовыми к удару стихии (что, в частности, продемонстрировали японцы). Но даже в этом случае погибнут люди и окажутся разрушенными объекты, на которые затрачены миллионы часов труда и миллиарды долларов. Вопрос стоит только в том, насколько губительны окажутся последствия катаклизма для цивилизации в целом. И не окажется ли повышение глобальной температуры еще на один градус переходом за черту, после которой существование развитой цивилизации на планете станет невозможным?

Экспансия. Вот единственное, что может спасти человечество в длительном периоде времени. Сбежать с этой чертовой планеты, расселившись по десяткам и сотням внесолнечных небесных тел. Разорвать свою зависимость от слепой природы. Только так мы сможем быть уверены, что не исчезнет разум, эта единственная ценность в известной Вселенной. Ведь рано или поздно этот балаган на Земле, именуемый жизнью, обязательно закончится, причем, вполне вероятно, наиболее обидным способом в наиболее неожиданный момент. Соответственно, люди либо вымрут, либо выйдут в космос - иного выбора нет. Проблема в том, что даже если всю Японию смоет в океан, это не приблизит нас к решению задачи. Я надеюсь, что это приблизит хотя бы понимание необходимости её формулировки.

пятница, 25 февраля 2011 г.

"No logo" Наоми Кляйн

Сумрачный морозный февраль - отличное время, чтобы разобраться с книжками, на которые давно положил глаз, но всё как-то было не до них. "No Logo" Наоми Кляйн - как раз одна из таких. Этой книге уже почти десяток лет, и до сих пор она известна как манифест антиглобализма. Мне как раз хотелось расставить какие-то точки в своем понимании антиглобализма, поскольку у меня было сильнейшее подозрение, что вообще-то никакого антиглобализма как явления не существует. Мне хотелось, чтобы авторитетный человек объяснил мне глубину моего заблуждения, но в действительности вышло так, что книга Наоми Кляйн только подтвердила мои подозрения.

Проблема с антиглобализмом в моем понимании заключалась в том, что мне казалась очень странной (и это по меньшей мере) идея противостояния объединению человечества. Потому что, на мой взгляд, унификация расы, слом национальных, культурных и племенных барьеров - это самая прекрасная тенденция, которая возникла за всю историю человечества, начиная с желания спуститься с деревьев. Поэтому для меня оказалось совсем неудивительным, что, общем-то, как такового антиглобализма и не существует вовсе. На самом деле "антиглобализм" - это журналистская химера, стереотип масс-медиа. Движение, которое обычно называют антиглобалистским, противостоит не глобализации как таковой, а капиталистическим структурам планетарного масштаба. Об этом хорошо писал Борис Кагарлицкий в журнале "Эксперт":
Движение получило от журналистов нелепое и дезориентирующее название «антиглобализм», как будто люди выступали против глобализации культурных связей или интеграции мировой экономики. На деле протест был направлен против правительств и крупных корпораций, подчинивших своим интересам государственную политику. Сами участники движения называли себя антикапиталистами или альтерглобалистами, доказывая, что, организуясь на международном уровне, они не только не являются противниками глобальных связей, но, напротив, выступают представителями «глобального гражданского общества», пытающегося ограничить власть правительств и капитала. Однако название «антиглобализм», навязанное прессой, прижилось, и с ним пришлось смириться.
Что и следовало ожидать. В общем, все понятно с "антиглобализмом", "No Logo" не об этом. Эта книга - о современной транснациональной экономике. Она очень интересна именно для человека со стороны, типа меня, потому как вряд ли экономисты и маркетологи, которые весь этот корпоративный ад и изобрели, найдут в ней для себя что-то новое. С другой стороны, каких-то радикальных, шокирующих вещей там тоже нет, и для любого человека, который держит глаза открытыми, большая часть информации будет описывать привычную повседневную реальность. Достоинство этой книги в том, что она является полноценным и очень интересным обобщением картины современного мира, который порабощен абсурдной, сюрреальной экономикой брэндов. "Порабощен" здесь - главное слово.

Вообще идее брэнда как такового уделено достаточно много внимания. Брэнд как эссенция стиля жизни, мировоззрения, как коммерческая религия - вот идеал современной глобальной экономики. В эпоху общества потребления брэнды стремятся стать для людей воплощением их уникальности, неповторимых личных качеств. Маркетологи, продвигающие торговые марки, прилагают все силы к тому, чтобы брэнд ассоциировался не с товарами, которые за ними стоят, а с неким глубоким, важным смыслом. Сакрализация вещей - вот жутковатый и пугающий трэнд современной мировой экономики. Мне очень понравились рассуждения о том, насколько абсурдна экономика брэндов в своем стремлении абстрагироваться от такого низкого и пошлого наследия, как материальное производство.
Задачей маркетинга является оттянуть тот кошмарный миг, когда фирменные товары-брэнды перестанут выглядеть как стиль жизни или носители грандиозных идей, а вдруг предстанут миру как обычные повседневные вещи, каковыми на самом деле и являются. "Различие между продуктом и брэндом - фундаментальное. Продукт - нечто, изготовленное на заводе; брэнд - то, что покупают потребители"
Вообще первая часть книги, касающаяся экономики брэндов, на мой взгляд, самая сильная и захватывающая. Но это лишь вершина айсберга; в книге затронут огромный пласт проблем, вызванных современным капитализмом: изменения на глобальном рынке труда, влияние брэндов на культуру и образование, на общество и на неравномерность распределения благ по всей планете. Сейчас, после прочтения, многие разрозненные кусочки, касающиеся общей картины устройства мира, встали в голове на свои места. Стало ясно, на чем зарабатывают колоссальные retail-сети, почему во время общественных беспорядков в первую очередь достается McDonalds, как именно выглядит азиатское экономическое чудо и за счет чего Китай совершил невероятный скачок в развитии. Эти проблемы раскрыты в последующих главах. И лишь последняя часть, посвященная антикорпоративному движению, мне показалась несколько скучной.
Многие из сегодняшних активистов уже пришли к выводу, что глобализация - не просто хорошая идея, попавшая в плохие руки. Скорее, считают они, враждебность по отношению к глобальным общественным институтам - лишь симптом более широкого кризиса "представительской" демократии, той самой, при которой власть и принятие решений поручается людям, все дальше и дальше отстоящим от мест, где последствия их решений реально ощутимы.
Безусловно, это одна из главных книг современности, которая вносит очень важный вклад в понимание духа эпохи.

вторник, 28 сентября 2010 г.

Пять разумных аргументов в защиту трансгуманизма

Скорее всего, я не открою никакой тайны, если скажу, что в большинстве своем люди (по крайней мере те люди, что не путают трансгуманизм и постмодернизм, например) относятся к трансгуманистским идеям с изрядным скептицизмом, если не сказать жестче. Дескать, и с наукой они связаны весьма опосредованно, и известные морально-этические нормы напрочь разрушают, да и в целом, видите ли, слишком сильно похожи на чепуху с точки зрения просто человеческого здравого смысла. Печально, но ведь и сами фанаты H+, будучи встречены в сетевых дискуссиях, далеко не всегда создают впечатление вменяемых людей; скорее - странных сектантов не от мира сего. Все же понимают, что, согласно знаменитому эмпирическому закону Парето, 80 процентов шума вокруг трансгуманистских идей (во многом очень радикальных, надо сказать) создаются 20 процентами участников, и наиболее активные и фанатичные приверженцы зачастую своим буйным энтузиазмом лишь усиливают антипатию к идеям H+ в обществе. Ведь иногда нужно, наверное, немножко попридержать себя, когда хочется в очередной раз пообещать бессмертие уже при жизни текущего поколения и, отдышавшись, посмотреть на вещи трезвым взглядом.

Как, например, это сделал Кайл Манкинтрик в колонке на Discover Science. На мой взгляд, это наиболее спокойный и здравый ответ на основные претензии к трансгуманизму, которые возникают вновь и вновь: их, в основном, пять штук.
1. Трансгуманизм - это техноутопия, "восторг нердов". Действительно, представления о трансгуманизме как о клевой штуке, благодаря которой роботы придут и решат все наши проблемы, инфантильны и совсем оторваны от реальности. "Я не фанат сингулярности", - пишет Кайл, - "и не пребываю в иллюзии, что застану при жизни искусственный интеллект человеческого уровня или существенное продление жизни". В действительности трансгуманизм - это лишь современный философский подход, который исследует взаимовлияние человека и технологий. Он предполагает, что человечество имеет неограниченный потенциал развития и предлагает разнообразные схемы и пути эволюции - действительно, иногда пугающие, иногда смешные.
2. Трансгуманизм разделит общество на богатых пост-людей и бедных нормалов. Видите ли, любая достаточно сложная и фундаментальная новая технология так или иначе разделяет общество. Взять хоть авиацию, Сеть, глобальные коммуникации, пресловутую ядерную энергетику - всегда найдутся люди, которые с помощью этих технологий получают доступ к власти или более престижному потреблению. Сами по себе технологии нейтральны. Лишь человеческое общество и культура в целом определяют, как будут использованы технологии: как инструмент подавления возможностей или их обретения.
3. Если люди будут жить дольше, то наступит перенаселение, а старики никогда не уступят путь молодым. Но в действительности человеческая смерть - не самое лучшее средство решения проблем цивилизации; проблема лишь в том, что у природы другого не было (оледенения и глобальные катаклизмы природа не может использовать в карательных целях так часто, как ей хотелось бы). Рост населения планеты замедляется, это признанный факт (от себя на эту тему могу порекомендовать великолепную книгу профессора Капицы "Парадоксы роста"); десяток-другой лет, необходимый странам Азии для окончания текущего экономического рывка, вполне возможно, закончится нулевым балансом численности человечества. Ах да, старики. Ну, если даже вам совсем безразличны гениальные пожилые ученые, покидающие наш мир, то неужели вам так не терпится заодно спровадить туда же своих родителей?
4. Евгеника омерзительна. Точка. Как и любая технология, генетическая селекция этически нейтральна. Проблема в жутком историческом балласте, которым нагружено это понятие: весь прошлый век был, фактически, веком "темной евгеники". Но евгеника может быть и сугубо "светлой": ведь если, например, родители заранее получат возможность генетической коррекции ребенка, тем самым избавив его от наследственных болезней, будут ли они против? Евгеника - прекрасная вещь; нужно только сменить вывеску.
5. А я не хочу быть трансгуманистом. Ирония в том, что наш биологический вид - трансгуманисты от природы. С тех дремучих дней, когда пра-люди стали использовать палки и камни, инструменты и технологии стали влиять на развитие людей. Чем умнее становятся люди, тем умнее их технологии - а технологии, в свою очередь, позволяют становиться людям еще умнее.

среда, 15 сентября 2010 г.

Чарльз Стросс о мире футуршока

 В этом году исполняется 40 лет с того момента, как остроумный термин "футуршок" сошел с одноименной обложки книги Элвина Тоффлера и принялся путешествовать по самым разным медиа-носителям: от строгих научных работ по социологии до копеечной апокалиптической беллетристики. Термин оказался удачным и вошел в обиход - более того, для футурологии и серьезной НФ тех времен "Future Shock" был примерно тем же, чем для современников стала идея "сингулярности". Впрочем, какое-то время назад "футуршок", как общественное явление, казался выходцем со страниц научно-фантастического издания "ближнего прицела"; однако не прошло и десятилетия, как всё предсказанное Тоффлером неожиданно оказалось самой что ни на есть основой нашей сумасбродной повседневности.

Чарльз Стросс в своем блоге констатирует факт, что современное общество насквозь поражено футуршоком. Почитайте ленты новостей. Ошеломительный рост религиозного фундаментализма и нетерпимости, возникновение странных причудливых культов, отрицание рационализма, рост консервативных и авторитарных настроений, постоянное ощущение тревоги и опасности - все это, по Тоффлеру, как раз свойственно социуму, испытывающему "слишком много перемен за слишком короткое время"
Моя рабочая гипотеза, с помощью которой я объясняю состояние дел в начале века, состоит в идее, что Тоффлер недооценил, насколько глубоким и всеобъемлющим окажется футуршок. Я полагаю, что футуршоком сейчас сковано что-то около 15-30% наших друзей - безволосых приматов. Симптомами являются отчаяние, тревога, депрессия, дезориентация, паранойя,  отчаянный поиск стабильности и надежды в повседневности, которая сотрясается от неприятных и нежданных перемен. Неудивительно, что любой, кто предложит догматичные, твердые и незыблемые ответы, мгновенно набирает популярность.
Конечно. Потому что религиозная однозначность и непоколебимость намного привлекательнее, чем замысловатая сложность научных дебатов. Далеко за примером ходить не надо: глобальные изменения климата, обещающие неизбежную и непредсказуемую нестабильность в ближайшие годы- это идеальный спусковой крючок для футуршока. Отрицание является единственно приемлемой эмоциональной реакцией на угрозу: если я не вижу, значит и меня не заметят, чего уж. С другой стороны, здесь играет важнейшую роль один из главных движущих факторов футуршока - информационная перегрузка. Информации настолько много, она настолько разнообразна, зачастую противоречива и двусмысленна, что в обществе футуршока внимание получает не тот, кто излагает объективные сведения, а тот, кто делает это громче и самоувереннее. Нужно ли тут приводить примеры?

Впрочем, что касается писателей-фантастов, то Стросс далеко не первый, кто обращает общественное внимание на четкое осязаемое воплощение идей Тоффлера. Несколько лет назад еще Стерлинг писал о недалеком будущем как о "черной дыре" в своем известном выступлении на семинаре по долгосрочному развитию цивилизации. Однако то, что еще вчера вымывало с мутными водами псевдофилософских рассуждений о наступающей сингулярности, сегодня происходит прямо здесь - и не в телевизоре, а за окном.

четверг, 20 мая 2010 г.

Сетевая культура по сравнению с прошлыми эпохами

Стерлинг у себя на Wired поднял ссылку на достаточно старую, но вполне себе актуальную табличку. В ней сравниваются некоторые ключевые моменты трех основных эпох, через которые прошла и всё еще проходит "атлантическая" цивилизация за последние сто лет. Ну, табличку составляли, очевидно, печальные философы и искусствоведы, которых никто не зовет на дачу пить водку под шашлыки, поэтому там масса слов типа "нарратив", "фордизм" и "дискурс". На самом деле я не думаю, что кому-то вообще интересны все эти слова кроме тех самых философов, однако сама по себе вот такая идея краткого, но масштабного сравнения мне очень понравилась. Я тут кое-как перевел это дело, и я не знаю, может быть, как-то дополнить табличку, если у вас есть идеи? Или вот, например, если ли какой-то более приемлемый термин для понятия "сетевая культура" (в англоязычной среде используют термин "Transcontemporaneity", но это что-то уже совсем запредельное)?
Заодно выяснил, что blogger невежливо с таблицами обращается. Ну да ладно, вот картинка.

вторник, 12 января 2010 г.

Производство популярности: масс-медиа как лотерея


То, что мы с вами существа до обидного стадные, известно давным-давно, а с сороковых годов прошлого века еще и доказано различными исследованиями. Однако именно сейчас, в эпоху гигантских социальных сетей, потихоньку становящихся прообразом некоего зловещего hive-mind, влияние толпы на мнение отдельного человека видно так отчетливо, как никогда ранее. В замечательной статье на Wired рассказывается о забавном эксперименте, в ходе которого удалось показать, насколько субъективны в определенных случаях наши музыкальные пристрастия.

Идея такая. Создаем сайт, на него заливаем 48 трэков неизвестных исполнителей. Трэки можно скачивать и каждому из них можно присваивать рейтинг, причем рейтинги видны всем пользователям. Пишем на сайте "Free MP3s!", кидаем ссылку на какой-нибудь хабрахабр, хихикаем и потираем руки. Народ приходит, слушает, качает, ставит рейтинги. Спустя некоторое время, по итогам рейтингов, среди наших трэков появляется безусловный хит и никому не нужный трэш. Казалось бы, все здорово. А теперь повторим все заново: откроем другой сайт с этими же (именно этими же) трэками, сбросим рейтинги, и пригласим людей с какого-нибудь другого хабрахабра.


Профессор Дункан Уоттс проделал несколько итераций этого опыта, охватив выборку из 12900 человек. И каждый раз хитами становились разные трэки. Разные. Да, несколько песен были постоянно ближе к топу, несколько - все время ниже к дну. Но хиты не повторились ни в одной итерации. Затем он сделал совсем замечательную штуку: взял рейтинги, оставленные предыдущей группой, инвертировал их, и подсунул следующей. То есть самый худший трэк по мнению одной группы был преподнесён другой как самый лучший. Новые пользователи стали давать ему преимущественно положительные оценки! Однако в этом случае общее количество прослушанных трэков уменьшилось; кроме того, "навязанный" лидер в итоге потерял первое место.

Я тут думал о применимости этого эксперимента к условиям существующего медиа-рынка: насколько реально подделать популярность не в лабораторных условиях, а в коммерческих целях на глобальном рынке? Безусловно мы все вокруг так или иначе этим занимаемся; возьмите, например, любой сайт с рейтинговой системой постов вроде лепры или dirty: как часто вы отказывались поставить минус золотому, но при этом совершенно, на ваш взгляд, говенному, посту только потому, что ему поставили плюс несколько десятков человек до вас? Как часто вы ставили пять звезд забавному ролику на youtube с сотней тысяч просмотров, хотя буквально только что рассуждали, что нормальному пацану западло прикасаться к любым рейтингам? Не думаете ли вы, что списки популярности современных масс-медиа выглядели бы совершенно по-другому, если бы люди не считали жизненно важным поделиться своим драгоценным мнением?

воскресенье, 10 января 2010 г.

Научная фантастика и религия: противники или союзники?


Дискурс "наука против религии" многогранен, дремуч и усеян сломанными копьями, хотя бессмысленность самого противостояния, вроде бы, совершенно очевидна любому, кто имеет хотя бы некоторое представление о том, что такое вообще наука. В случае же с научной фантастикой не всё столь очевидно; если слово "научный" вроде как записывает НФ в стан противников религии, то слово "фантастика" заставляет задуматься, что в этом стане завелись предатели. Впрочем, во взаимоотношениях НФ и религии, как, и везде, практически, существуют как до наивного ортодоксальные мнения, так и вполне здравые и рациональные.

Начнем вот с этой статьи, в которой проведен быстрый суд и вынесен категоричный вердикт (что в целом вполне характерно для modus operandi людей с религиозным складом ума): "если вы верующий, то держитесь подальше от научной фантастики".
Научная фантастика увлекает читателя в странные миры, в которых нет места Богу. Ах да, вы можете встретить там "бога" или "силу", но это, определенно, не Бог в библейском смысле. Более того, практически все выдающиеся имена в научной фантастике - атеисты.
Далее идет перечисление замечательных людей, которых мы безумно любим: Карл Саган, Айзек Азимов, Роберт Хайнлайн, Артур Кларк и другие; к каждому из них заботливо приклеен атеистский ярлычок и заведено соответствующее дело. Обозначив цели, автор статьи делает вывод:
Научная фантастика тесно связано с эволюционным учением... НФ набрала популярность в конце 19-го и начале 20-го столетий как результат развития эволюционных взглядов, которые отрицают Всемогущего Создателя. Фактически, эволюция и есть научная фантастика. Будьте осторожны!

Какая прелесть, словом! Это прямо-таки хрестоматийный пример; неудивительно, что ссылка, попав на форумы Ричарда Докинза, стала причиной веселья местных резвящихся атеистов, что, в общем-то подтверждает мысль о том, что "научная фантастика" по своему духу и мировоззрению гораздо ближе к науке, чем к вымыслу. Однако, к счастью, деление на черное и белое, столь любимое ортодоксальными приверженцами того или иного взгляда на объективную реальность, далеко не исчерпывает весь спектр взаимоотношений веры и научной фантастики. К примеру, в этой замечательной статье на Tor.com Тереза Джасино рассуждает о своем культурно-религиозном фоне, анализирует некоторые крупные современные фантастические проекты с точки зрения вопросов веры и приходит к выводу:
Хорошая научная фантастика никогда не задается вопросом "есть ли Бог"? Вместо этого она поднимает вопросы наподобие "Что могло бы быть Богом? Как его можно определить? Можно ли назвать Богом расу инопланетных существ, способных наблюдать сквозь пространство и время и направлять нашу эволюцию? Почему людям вообще требуется определение Бога? Почему у людей возникает потребность благодарить нечто, что они не могут видеть и ощущать?" Для меня именно эти вопросы являются самыми важными, и они же - самыми интересными.
Здесь, в этой статье, на мой взгляд, затронута еще одна интересная тема: противостояние веры и религии, интеллектуального процесса поиска Бога и догматичных установок относительно того, что есть Бог и как правильно его ублажать. Согласно статье, НФ выступает в качестве механизма, посредством которого ум пытается найти баланс между рациональным и непознанным в картине мира. В сущности, поиск Бога (в метафизическом или вполне практическом смысле) мог бы сам по себе стать увлекательным научно-фантастическим сюжетом - если, конечно, отказаться от всех этих омерзительных стереотипов и ритуалов, что обычно именуются "религиозные догматы".

Великолепный пост Иэна Сэйлза "Научная фантастика: последний бастион рационального?". Автор рассуждает о том, что в современном мире, характеризующимся общим упадком интереса к науке, деградацией образования и интеллектуального ценза, научная фантастика остается, возможно, одним из немногих оплотов рационального, материалистичного подхода к познанию мира.
Даже оптимистичная фантастика, описывающая “дороги в прекрасное завтра”, признает, что в современном мире существуют проблемы, которые требуют решений. Это вынуждает нас не избегать проблем, а решать их, и с этой целью исследовать мир, не полагаясь на двухтысячелетнюю сказку... Меня пугает мысль о целом поколении, полагающем необходимость существования Бога, только потому, что все эти люди не могут представить никакого другого путь развития человечества.
Вообще, надо сказать, мне очень близко именно это мнение. Наш мир непрерывно усложняется; современный человек уже физически не способен составить в голове полную, доскональную картину мира из-за колоссального объема знаний, накопленных человечеством. А незнание рождает страх и неуверенность перед непонятным, страх же и неуверенность - это и есть религия. Таким образом в дальнейшем число лжеученых, мошенников, креационистов, просто религиозных фанатиков - словом, всех тех, кто паразитирует на человеческом незнании и неуверенности - будет только расти. В этой ситуации научная фантастика могла бы выполнять две роли: популяризация знания, просвещения, прогресса с одной стороны, а с другой - сглаживание эффекта футуршока, устранения страха перед быстрыми переменами и непредсказуемостью даже недалекого будущего. Более того, даже простое обсуждение идей НФ (зачастую спорных и противоречивых) очень необходимо - потому что в некоторых случаях споры полезнее, чем окончательные решения. Наверное, именно в этом и состоит главное и принципиальное отличие научной фантастики от религии: первая заставляет спорить и думать, вторая - принимать на веру и подчиняться.

воскресенье, 6 декабря 2009 г.

Глобальное потепление как новая религия

Издание Telegraph пишет о неком уволенном работнике, подавшем в суд на своего бывшего работодателя. Основанием для иска стала уверенность работника в том, что причиной увольнения явились его "зеленые" убеждения и взгляды на проблему глобального потепления. Всё бы ничего: мы уже не раз слышали, как в мировом гнезде мультикультурализма, политкорректности и добровольной лоботомии людей увольняют якобы исключительно за принадлежность к рядам негров, педиков, инаковерцев и прочих страдальцев за идею. Забавно вот что: судья удовлетворил иск (я не очень разбираюсь в юридической терминологии, простите), постановив, что взгляды истца на проблему окружающей среды могут быть приравняны к религиозным и философским воззрениям. Дословно сказано было следующее: "Вера в то, что деятельность человека является причиной глобального потепления... если является искренней, попадает под влияние инструкции о урегулировании религиозных и философских вопросов". Доводы адвоката о том, что климатическая проблема лежит в научной плоскости, а не философской, судьей услышаны не были.

Таким образом, прецедент создан, а мы стали свидетелями легализации новой химеры, очередной инкарнации мозгового слизня. Поскольку на прецедентах основана судебная система США, то можно в ближайшее время ожидать новой волны исков от скорбных разумом, обвиняющих иноверцев во всех проблемах человечества. Или постойте, они ведь этим занимались и раньше?

Ад, какой ад.

воскресенье, 6 сентября 2009 г.

Фашиствующие трансгуманисты и политика в 21-м веке

Чарльз Стросс написал очень интересный пост, в котором рассказал о новой форме фашизма, вытекающей из трансгуманистских идей - постгуманизме (это некорректный перевод слова overhumanism, смысл которого - "то, что после гуманизма"; проблема в том, что в русском языке слово "постгуманизм" уже имеет свой семантический смысл).
Вкратце, ситуация такова: трансгуманизм в этом столетии будет иметь значительный вес, поскольку, если не случится чего-то очень неприятного, в результате совместного развития биотехнологий, нанотехнологий и телекоммуникаций появится возможность радикального улучшения человеческого биологического вида. ... Отсюда вытекает очевидный логический вывод - раз мы получим возможность улучшения человека, то, определенно, одни люди станут существенно лучше, чем другие - причем объективно, а не умозрительно.

Далеко не все трансгуманисты имеют добрые намерения. Некоторое время назад я побывал в Италии, родине модернизма и фашизма. Италия сейчас находится под влиянием мощной волны расизма и неофашизма, контролируемого расистскими медиа-магнатами, в руках которых почти полная монополия над масс-медиа. Неудивительно, что именно а Италии родился политический мем, о котором я не знал еще до прошлой недели: overhumanism.
Вся наша современная культура, основанная на так называемых "демократических ценностях" (как бы вы скептически не относились к этой фразе, нужно признать, что страны золотого миллиарда действительно придерживаются этих ценностей) опирается на фундаментальную аксиому: все люди одинаково ценны. Появление в результате стремительной техногенной эволюции сущностей, значительно превосходящих "человека 1.0" хотя бы по некоторым из параметров, приведет к переоценке ценностей и смене парадигм, на которых основаны понятия о "ценности" живых существо. Совершенно очевидно, что радикально-фашистская ветвь трансгуманизма будет иметь влияние, и будет пользоваться популярностью, возможно даже весьма существенной. На мой взгляд, потенциальная угроза технофашизма, связанная с неизбежным появлением "недолюдей", которые не сильно отличаются животных в глазах технологически улучшенных представителей "высшей расы", значительно серьезнее, чем мифические роботы-убийцы и злобный ИИ. Конечно, несколько обидно, что такое изначально позитивное технократическое течение, как трансгуманизм, столкнувшись с врожденным человеческим инстинктом деления на "наших" и "чужих", становится мрачной тенью технофашизма. Чарльз Стросс остроумно связывает провал идеалов трансгуманизма с провалом идеалов коммунизма в прошлом веке - как и трансгуманизм, коммунизм был красивой утопией, призванной реализовать мечту о всеобщем счастье; однако, столкнувшись с прагматичной реальностью и животной человеческой сущностью превратился в нечто, весьма далёкое от сказки - ведь, как вы помните, добрыми намерениями вымощена дорога в ад.

Ради справедливости стоит отметить, что overhumanism - вовсе не единственное течение трансгуманизма в Италии. Брюс Стерлинг отмечает у себя итальянские трансгуманистические организации, старающиеся отмежеваться от всего, что связано с технофашизмом.

пятница, 31 июля 2009 г.

Теологическая сингулярность?

Говоря "сингулярность", мы, как правило, подразумеваем исторический момент, когда развитие технологий достигнет столь высокого уровня, что мы не сможем даже примерно предсказать дальнейшее будущее. Странно, но я почти нигде не встречал размышлений о том, что "сингулярность" (в смысле "историческая неопределенность") придёт не со стороны технологий, а со стороны религии и богословия. Назовем её "теологическая сингулярность": ключевая точка в истории цивилизации, вызванная появлением и ошеломительно быстрым распространением новой глобальной религии. Упав посредством современных телекоммуникационных технологий на такую исключительно благодатную почву, как, например, северо- и южноамериканский набожный социум, семена веры взойдут и расцветут моментально, распространяясь по всей планете со скоростью сетевого вируса. В этом случае мы не сможем даже примерно предсказать будущее, которое наступит, если подавляющее большинство умов планеты будут захвачены одной идеей. Существующие религии могут быть объявлены частными случаями общей веры, что не отвергает существования Аллаха, Будды, Иисуса, Иеговы, или кого бы там ещё ни было - но обобщает их, как специальная теория относительности обобщает ньютоновскую механику. Таким образом, новая вера очень быстро найдет сторонников в стане наименее ортодоксальных приверженцев старых религий, которых подавляющее большинство. Далее, в современном обществе никакая идея не может быть принята на веру бездоказательно. Следовательно, в период становления новой религии она должна будет подкреплять себя "чудесами" и "пророчествами". В качестве чуда создателям религии мог бы послужить прорыв в нанотехнике или генной инженерии, скрытый от огласки и впоследствии массово продемонстрированный (с использованием, разумеется, всей мощи глобальных СМИ) в наиболее эффектном свете. Я полагаю, что инициатором создания глобальной религии мог бы стать некий существующий общественно-социальный институт, обладающий значительной властью, вследствие чего имеющий возможность контроля технологий в глобальном масштабе. Такой институт может быть полумифическим, как некое тайное общество, или реально существующим, но не не афишируемым, как, скажем, Бильдербергский клуб. Нужно ли говорить, насколько структура, обладающая подобной властью, легко может решить вопрос с разнообразными "пророчествами" - попросту исполняя их сама. Что касается внедрения новой веры в людские умы, то это представляется вполне решаемой задачей, учитывая, что большая часть населения планеты имеет доступ к массовым СМИ и, в особенности, к телевидению - а также тот факт, что подавляющее большинство людей не склонны критически воспринимать преподносимые сведения. Кроме того, число пользователей интернета растет в геометрической пропорции - это ещё больше упрощает задачу, поскольку пользователи Сети лучше других людей поддаются навязыванию фальсифицированной информации.

Следовательно, в практическом плане заражение мирового сообщества новой религией реализуемо уже на существующем социальном и технологическом уровне. Теперь осталось решить, зачем, собственно, кому-то это понадобится. Первый вариант: глобальный контроль. Не секрет, что сейчас очень активно обсуждается идея единого мирового правительства. Некоторые даже утверждают, что текущий спад в глобальной экономике должен был вызвать управленческий кризис мирового масштаба, в результате которого власть над большей частью планеты сможет перейти в руки небольшого круга людей (более того, некоторые персонажи в Сети готовы этих людей перечислить поименно). Как бы то ни было, идея мирового правительства очень заманчива для многих. Однако любое правительство всегда уязвимо - как со стороны оппозиции, так и со стороны подданных, и чем больше масштаб вверенных территорий, тем больше проблем с подчиненными. Эту проблему как раз могла решить религия, когда истинный правитель скрывается за ликами религиозных деятелей, а паства смиренно и благодушно подчиняется тщательно разработанным религиозным догматам. Вторая причина необходимости глобальной религии - массовый страх перед технологическим прогрессом. В этом случае религия могла бы стать сдерживающим фактором, ограничивающим, или вовсе ставящим вне закона развитие науки, исследования и прогресс как таковой. Наконец, третья важная причина введения новой религии - для объединения мирового сообщества, которое на данный момент представляет собой огромное количество разобщенных в культурном плане групп. Такое всемирное объединение может быть предпринято перед лицом глобальной катастрофы - мировой войны или природного катаклизма. Также глобальная религия потенциально могла объединить силы человечества для реализации некой сверхзадачи - например, освоения дна мирового океана или строительства орбитальных городов. Надо ли говорить, что в последнем, третьем варианте, религия выступает вполне гуманным средством. Соответственно, в зависимости от того, какая именно задача будет решаться посредством глобальной религии, будут выбраны религиозные догматы, объекты поклонения и ритуалы, так, чтобы они наиболее полно удовлетворяли стоящим перед религией вопросам.

Таким образом, в современном мире, на мой взгляд, подготовлена великолепная почва для создания новой глобальной религии, учитывая влияние масс-медиа (в особенности интернета) и общемировую социально-экономическую нестабильность и неуверенность. Развивая дальше тему эскалации религиозности, можно предположить упадок, который начнется спустя 10-20 лет после появления новой религии и к середине столетия приведет к началу эпохи новых религиозных "темных веков", связанный с разгромом науки и гонениями на учёных. Наиболее предпочтительным годом первых упоминаний деятельности пророков (мессий) новой веры стоит полагать 2012-й год, который в массовом сознании уже сейчас устойчиво ассоциируется с катаклизмами и переменами. Наиболее возможный образ врага (еретика) - учёный, политик, бизнесмен, общественный деятель.

"Если не хочешь работать - создай свою религию". Врожденная склонность человека к догматичному мышлению может полностью изменить мир в этом столетии - такой лакомый кусок никак не может остаться без внимания.

вторник, 28 июля 2009 г.

Продолжительность жизни человека в масштабе цивилизации

Весьма остроумная мысль, касающаяся отношения жизнедеятельности одного-единственного маленького человечка ко всему историческому зданию современной цивилизации, высказана на Hacker News. Предположим, что человеческая цивилизация (причём не биологический вид - "человечество", а именно цивилизация), зародилась в Междуречье примерно 5000 до нашей эры. Таким образом, от первых исторических упоминаний цивилизации до сегодняшнего дня прошло что-то порядка 7000 лет. Теперь рассмотрим обычного человека, среднего современного жителя стран "золотого миллиарда". Можно сказать, что такой человек имеет очень высокие шансы дожить до 70-80 лет. Поразительно, но c учётом приведенных цифр срок жизни одного человека составляет больше 1% от всего существования человеческой цивилизации! Казалось бы, ничего не значащая пропорция - но в её свете уже значительно тускнеет идея о ничтожности масштабов единичной личности в истории и о бренности всего сущего - только подумайте, многие люди становятся свидетелями целой сотой части истории всей цивилизации, а то и больше! Правда, совершенно необходимым, хотя и весьма холодным, душем, становится мысль о том, что хотя жизнь человека в масштабах истории оказывается не такой уж и незначительной, вклад человека в эту самую историю, за очень-очень редким исключением, абсолютно ничтожен. Тогда уж было бы любопытно узнать - количество людей, оставивших след в истории, не равняется ли одному проценту, и если да - что, чёрт возьми, все это значит?

Впрочем, шутки шутками, а почва для исследования вопроса достаточно интересная - ведь человечество делит свою историю на эпохи и династии, длительность господствования которых, как правило, сравнима или значительно превышает длительность жизни одного человека. Приближаясь к сингулярности, мы приближаемся к существенному хирургически-медикаментозному продлению жизни, а может быть, в случае прорыва, и к "мягкому" иммортализму. Как потенциально изменится мировосприятие человека при увеличении срока жизни в рассматриваемом контексте? В какую сторону? Что будут знать и чувствовать существа будущего, жизненный опыт которых сравним с десятой долей истории цивилизации? C её третью?

понедельник, 22 июня 2009 г.

Модем на 300 бод и ускоряющиеся перемены

Не так давно на Hack-a-Day был трогательный пост, в котором рассказывалось о гике, откопавшем древний модем на 300 бод. Чувак, разумеется, не растерялся - немножко подстучав последовательный порт, он соединился с удаленным сервером, запустил lynx и зашел на Вики. Модему было 45 лет - это одно из старейших потребительских телекоммуникационных устройств, о реальном использовании которых я слышал в жизни.

Триста бод, друзья, несколько десятилетий назад. Этот модем чуть моложе моих родителей; за одно поколение полностью перевернулись коммуникационные технологии. Что сегодня? Умница Бёрд Киви пишет в сегодняшней заметке на "Компьютерре" о крупнейшем сбое в истории китайского сегмента Сети, вызванного междоусобной войной подпольных игровых сервисов. Они так увлеклись DDoS-атаками друг на друга, что на несколько часов лишили интернет-доступа жителей более чем двадцати провинций. Да что там; у многих еще свежи воспоминания о двух неделях, в течение которых лежал фочан под 3,5 гигабитным (!) DDoS-ом, что, в свое время, безоговорочно донесло до всей сетевой общественности простую мысль: если ваш сайт до сих пор в онлайне, это значит только то, что он пока что никому не мешает.

Что завтра?

суббота, 20 июня 2009 г.

Необретённый рай

Когда-то на технологии виртуальной реальности возлагались надежды, сравнимые с освоением космического пространства - учитывая, что виртуальность, при колоссально меньших вложениях должна была бы дать жизненное пространство, сравнимое с тысячами настоящих неоткрытых планет. Сейчас уже можно констатировать, что, как и расселение по Солнечной системе, освоение цифровых миров зашло в тупик и потеряло акцент внимания со стороны прогрессивно настроенного комьюнити. Все, чего мы достигли в массовом, потребительском секторе - это несложные (с точки зрения идей VR) метаверсы в стиле Second Life, многопользовательские онлайн-игры (которые хоть и не являются VR, зато обладают, как и положено качественным наркотикам, чудовищной аддиктивностью), да глобальные базы данных типа Facebook. Ближайшие технические надежды сводятся к реализации наложенной, или дополненной, реальности, AR (которая, на мой взгляд, значительно практичнее и полезнее чистой VR именно в бытовом плане). В сущности, для создания AR уже созрел весь спектр необходимых технологий: глобальное позиционирование и местоопределение GPS, широкополосные беспроводные сети (WiMax / LTE), огромный объем информации (Web). С учетом этого, интересно вспомнить технологии и концепции, на которые возлагались надежды, когда речь шла о виртуальных мирах, и которые их не оправдали.
Сенсорама - пожалуй, первый прототип того, что впоследствии стали называть "виртуальной реальностью" - и первый же фэйл на пути её создания. Мортон Хейлиг в 60-х воплотил устройство, демонстрирующее зрителю трехмерное кино. Эффект трехмерности достигался за счет того, что экран штуковины облегал голову пользователя. Разумеется, аппарат тех лет был полностью аналоговым, механическим. Но Хейлиг не ушел дальше прототипа: устройство оказалось слишком дорогим и сложным в обслуживании. Неудача инженера стала прообразом всех последующих поражений виртуальной реальности: как и симулятор Хейлига, все более поздние технические устройства выглядели эффектно и многообещающе, но были сложны, капризны и неудобны. А самое главное - несоизмеримо дороги.
 В 80-х появились первые головные наборы для VR - наушники, микрофон, специализированный видеотерминал и датчик положения головы. Именно этот набор стал стереотипным для VR: у подавляющего большинства людей фраза "виртуальная реальность" ассоциируется именно с этим неуклюжим приспособлением. "Неуклюжий" - здесь ключевое слово, именно это стало причиной, почему подобные наборы VR не ушли дальше прототипов. Немаловажную роль сыграло и то, что для глаз человека каждый сеанс использования приблуды, мягко говоря, не шел на пользу. Хотя с тех пор технологии ушли далеко вперед, появились гораздо более удобные и экономичные элементы стимуляции органов чувств, связать их вместе в эффективно работающую систему не удается до сих пор.
В 90-х инженеры продолжали штурм недостижимой вершины, время от времени выбрасывая на потеху недоумевающей публике разнообразных технологических уродцев. Малоизвестный у нас в стране девайс - Nintendo Virtual Boy - предназначался для прорыва в мире видеоигр путем полного и необратимого перехода на трехмерность. К сожалению, увлечение модным киберпанком не пошло корпорации на пользу: пытаясь опередить свое время на десятилетия, приставка тихо сгинула, не добившись хоть какой бы то ни было известности. Преимущественно из-за качества изображения: отвратительная размытая картинка красноватых тонов могла вдохновить разве что самых отъявленных фанатов. Кроме того, девайс, как и остальные VR-устройства, был очень неудобен и замысловат в использовании, что в итоге превратило расслабленный игровой процесс в самоистязание на грани каторги.

В Nintendo вообще любили всякие виртуальные штучки и аксессуары - чего только стоит перчатка Power Glove, которая в итоге эволюционировала в по-настоящему удачный контроллер Wii. Разнообразные перчатки - это тоже краеугольный камень VR; даже современные их образцы отличаются низкой точностью и инерционностью. Существуют фирмы, которые подобные перчатки разрабатывают и продают. Дорогие и качественные экземпляры используют военные в своих симуляторах, а более простые и дешевые могут использоваться в потребительских играх, но для этого требуется, чтобы игра была заранее разработана с расчетом на использование этого специфичного манипулятора - этот факт вселяет уверенность, что перчатки в играх не появятся никогда. Кстати, сайт по последним ссылкам является воплощением всего того уныния и бесперспективности, которое сейчас царит в области виртуальной реальности.
Говоря о неудачах VR, нельзя не упомянуть о VRML, который должен был стать альтернативой HTML. Идея VRML похожа на идею его "плоского" аналога - это тоже язык разметки, но объектов в 3D. Дизайнер трехмерного мира описывал его в терминах языка разметки, а на клиентской стороне рендерингом текстового описания в объемную картину занимался браузер. VRML был призван превратить всю Сеть в некое подобие современного Second Life. Вместо этого виртуальные миры были исключительно убоги, очень медленно грузились и обсчитывались, и обладали множеством глюков и артефактов. За бесперспективностью технологию перестали развивать и дорабатывать, и теперь VRML используется преимущественно в научной и исследовательской среде - и то только в качестве подопытного экземпляра.

Что ж, выходит так, что "виртуальная реальность" - любопытная, но сильно переоцененная концепция из недалекого прошлого. Инфотех еще не готов предложить технологии, которыми можно было бы создавать качественные трехмерные миры. Более того, важнее то, что общество не готово такие технологии воспринимать. Это ведь то же самое, что видеозвонки: фантасты и футурологи писали о них десятки последних лет, и вот теперь, когда готова техническая база, скажите, владельцы сенсорных коммунникаторов с 3G и WiMax, часто ли вы пользуетесь видеовызовом? Оказалось прикольно, но не особо и нужно. Похоже, что VR в обозримое время останется таким же артефактом эпохи киберпанка, как полёты в космос - артефакт эпохи космической фантастики (нужно отметить, что я тут имею в виду именно потребительский, массовый сектор. Технологии VR на самом деле очень успешно используются в армии, в авиации, у учёных; много где). 

А мы ждем наложенную, совмещенную реальность. Мы еще не готовы покинуть физический мир насовсем.

четверг, 18 июня 2009 г.

Трансгуманизм идет в массы

Не то, что бы, конечно, идеи трансгуманизма уж прямо-таки покорили умы сетевых обывателей, но вот на этом графике Google Trends можно понаблюдать за колебаниями общественного интереса к теме. Вообще говоря, "трансгуманизм" - это ведь достаточно свежее слово, но, на деле, весьма старая концепция, которую использовали еще классики НФ, не прибегая к самому термину "трансгуманизм". Как видно даже из этого графика, только в последнее время всё это разнообразие научно-технических и художественно-футурологических вопросов, включая нанотех, ИИ, генную инженерию, дополненную реальность, урбанизм, посткиберпанк, было объединено под крышей интересов одного течения. Тем не менее, всё перечисленное существовало и раньше, просто было несколько обделено еще одной новомодной этикеткой.
Ну и да, надо ли вам напоминать, что там можно писать другие интересные слова, например, "singularity" и "cyberpunk" - и смотреть, что из этого выйдет хорошего.

суббота, 16 мая 2009 г.

Онлайн-демократия как тирания меньшинств

Много и решительно сейчас говорят о введении электронных систем голосования. Трэнд захватил даже вечно инертный рунет - один известный персонаж из LJ активно продвигает идею "цифровой демократии", - или какой там он себе красивый лэйбл придумал, я уж не помню. Якобы именно глобальные сетевые выборы, в которых абсолютно каждый голос учтен, будут истинно демократическими - учитывая, как легко и необременительно принять участие в электронном волеизъявлении.

Давайте теперь посмотрим на вопрос с другой стороны. Все вы, наверное, слышали об очередной победе фочана, когда m00t оказался на первом месте среди ста людей, опеределяющих эпоху по версии журнала Time. Это отличный пример (несмотря на явную подоплёку just for lulz), наряду с разнообразными слэшдот- и лепроэффектами, того факта, что любая сетевая демократия автоматически становится тиранией меньшинств, заинтересованных в обсуждаемом вопросе - за счет отсутствия интереса к проблеме со стороны подавляющего большинства. Одним из недостатков прямой демократии является то, что она учитывает только желания большинства - поэтому прямая демократия не практикуется ни в одной стране мира и всегда ограничена конституцией и соответствующей юридической базой. В отличие от прямой демократии, тирания меньшинств - вполне реальное явление; она проявляется во всех ситуациях, где большинство пассивно и не стремится к участию в выборах, за счет чего решение принимается в пользу более активного и заинтересованного меньшинства.

Предположим, удалось создать идеальную систему цифровых выборов: полностью легитимную, всеохватывающую и высоконадежную. Эта система будет работать замечательно по всем крупномасштабным вопросам, стоящих перед обществом. Скажем, выборы президента будут вполне репрезентативны, поскольку участники избирательной кампании стараются максимально мобилизовать своих сторонников. А вот менее крупные, местные голосования, голосования по специфичным вопросам - именно здесь уже подготовленная почва для разрастания тирании меньшинств. Проблема в том, что таких менее существенных вопросов гораздо больше, чем глобальных наподобие выборов в Думу. Типичный пример - гей-парад в городе-полумиллионнике. С одной стороны, здесь сталкиваются интересы гомосексуалистов и им сочувствующих, которые исключительно активны (простите за каламбур) в отстаивании своих интересов. С другой стороны - флегматичное большинство, которому плевать: ну какое дело обычному нормальному человеку до гейских радостей? Активных противников парада - абсолютное меньшинство; в результате аттракцион пестрых разряженных уродов движется по центральной улице, старушки сокрушенно вздыхают, мамы закрывают детям глаза, мужики раздраженно сплёвывают. Демократия, свобода, счастье.

Какой вывод? Да, в принципе, выводы здесь делать еще рано. Разве что в следующий раз, поддавшись стадному чувству и щелкая плюсики на очередном сайте-голосовалке, попробуйте подумать немножко шире перспективы получения очередной порции унылых лулзов.

пятница, 17 апреля 2009 г.

Капитализм 2.0

Нассим Николас, один из создателей теории "черного лебедя" о радикальных и непредсказуемых переменах в развитии цивилизации, написал любопытную статью для блога Edge, в которой описывает принципы социально-экономического устройства, остроумно названного им "Капитализм 2.0". Вкратце, основные положения Капитализма 2.0 вытекают из книги Нассима "Черные лебеди: влияние невероятного" и направлены на создание гибкого общества, способного без потерь и катастроф противостоять внезапным глобальным переменам. Вот некоторые положения:
  • Этот кризис не удастся пережить, отделавшись косметическим ремонтом; экономике требуется капитальный ремонт. Капитализм 2.0 должен сделать экономическую среду более похожей на естественную биологическую: с большим количеством маленьких компаний, богатой экологией и отсутствием рычагов. Это будет мир, в котором все риски берут на себя предприниматели, а не банкиры, и компании рождаются и умирают каждый день, не создавая из этого новостного шума.
  • Все хрупкое нужно ломать сразу же, пока оно ещё невелико (имеются в виду общественные институты и компании). Ничто не должно стать настолько большим, чтоб рухнуть под собственным весом.
  • Люди, которые вели школьный автобус с завязанными глазами и разбились, не должны больше быть никогда допущены к вождению. Существующие экономические учреждения после краха всей системы потеряли свою легитимность. Найдите вместо них умных людей с чистыми руками.
  • Никакой социализации убытков и приватизации доходов. На данный момент нам удалось совместить всё худшее из капитализма и социализма: во Франции 80-х социалисты захватили банки, а в Америке 2000-х банки захватили правительство. Это просто сюрреально.
Не знаю только, далеко ли удастся продвинуться с новым модным логотипом "Капитализм 2.0" - то, что всё следует поломать, мы уже слышали не раз, и даже немножко представляем, что нужно построить в итоге - но промежуточный этап созидания в очередной раз потерялся в тумане словоблудия и остроумных аналогий.

суббота, 11 апреля 2009 г.

Экономика Исландии и космические войны

Вот, что мне сегодня понравилось - еще одна зарисовка нашего странного мира, который становится с каждым днем всё удивительнее и удивительнее. Jamais Cascio с openthefuture.com рассуждает о том, что на сегодняшний момент рухнувшая экономика Исландии вся целиком менее реальна, чем виртуальная экономика Eve Online - многопользовательской онлайновой игры, космического политико-экономического симулятора. Ирония в том, что CCP Games, компания-разработчик Eve - это исландская компания, и игровой сервер также находится в Исландии.

Деньги в игре называются ISK - ну да, это исландская крона. В отличие от владельцев большинства онлайн-игр, запрещающих или препятствующих переводу игровых денег в реальные и наоборот, создатели "Eve Online" не просто не ставили преград на пути такого обмена,  но и всячески его поощряли - вплоть до финансовых известий на официальных разделах сайта. В результате, поскольку в "Еву" играют люди со всей планеты, курс внутриигрового ISK все время был более-менее стабильным - он то рос, то падал, но всегда плавно и на незначительные величины.

Забавно, что единственный товар, который может экспортировать Исландия после своего экономического коллапса - это виртуальные звездолеты. При этом виртуальные деньги, на которые строятся виртуальные звездолеты намного реальнее, чем выпускаемые государством никому не нужные бумажки.

вторник, 7 апреля 2009 г.

Урбанизация Китая: обзор от МакКинси

Вот по этой ссылке можно скачать (предварительно зарегистрировавшись) здоровенный 560-страничный pdf, суть которого - аналитический обзор тенденций китайского общества в плане урбанизации и развития мегаполисов, а также прогнозы в этом плане до 2030 года. Понятное дело, как человек, которому есть чем заняться в оффлайне, я всё это добро даже и не принимался читать, но вот из комментариев к этому фундаментальному труду можно сделать кое-какие выводы об изложенной в нем информации:
  • Китай - лидер по росту городского населения среди развивающихся стран всего мира (как-то странно звучит фраза "развивающаяся страна" по отношению к Китаю, правда?). Приблизительно к 2030 году каждый пятый крупнейший мегаполис в мире будет из числа городов Китая.
  • Основываясь на текущих трэндах, можно утверждать, что к 2025-му году в Китае будет 221 город с населением более миллиона человек (сравните с Европой, где прогнозируется 35 таких городов). 25 из этих 221 мегаполисов будут иметь население более 5 миллионов человек
  • К 2030-му году мегаполисы Китая будут создавать 95% валового внутреннего продукта, по сравнению с сегодняшними 75%.
  • Из 350 миллионов человек, за счет которых увеличится городское население Китая к 2025-му году (кстати, эта цифра превышает всё население США), так вот, из них 240 миллионов будут иммигрантами.
  • В результате процесса урбанизации в Китае возникнет 11 мета-регионов (или, иначе, гиперполисов), в отличие от современных трёх. Товарооборот каждого из них будет не менее 100 миллиардов современных долларов
Ну вот, а еще я тут, чтобы не городить отдельный пост, оставлю клёвую ссылку на коммьюнити science_freaks в LJ, где сегодня появился забавный пост, посвященный способам определения шарлатанов от науки.

пятница, 3 апреля 2009 г.

Сигареты и глобальное потепление

Казалось бы, что общего между табакокурением и глобальным потеплением? Ну, для начала - одно не вызывает другое. А в целом - эти процессы связывает между собой мощнейшее лоббирование в политической и околонаучной среде. Как у антитабачного, так и у климатического движения есть умеренные сторнники, а есть упертые фанатики. Например, недавний номер New Scientist рассказывает историю очередной шизы на почве борьбы с курением:
...Майкл Сигель, врач из Бостона, попал под шквал критики, непонимания и нападок со стороны коллег, с которыми он занимался исследованиями последствий курения. Он, якобы, совершил научное преступление, опубликовав в тематическом списке почтовой рассылки сообщение, в котором поставил под сомнение один из медицинских постулатов о вреде пассивного курения, а также усомнился в мудрости запрета на курение вне помещений. За высказывание своей точки зрения доктор был обвинен в получении денег от производителей сигарет, а когда он попытался обосновать своё мнение и привести доказательства, администратор списка рассылки его просто забанил, тем самым отрезав от важного источника информации. "Для меня это "отлучение" стало шоком", - говорит Майкл, - "ведь я был лидером движения 21 год".
Наверное, уже понятно, как эта табачная история связана с истерикой вокруг глобального потепления - ведь там тоже есть генеральная линия, шаги в сторону от которой не просто не одобряются, а становятся причиной, из-за которой ученый может стать изгоем в своем кругу. О новых трэндах в изучении погоды пишет, например, New York Times:
В прошлом месяце научный сотрудник НАСА по проблемам климата категорично выказался, что из-за повышающейся температуры планеты мы стоим на пороге необратимых изменений в климате, и уже наши дети получат неконтролируемый мир с разрушенной экосистемой. Этот момент он назвал "ключевой точкой" - переломным моментом, после которого все наши действия, направленные на улучшение экологической ситуации, окажутся бесполезными. И спустя буквально несколько дней Всемирный Банк и соответствующий департамент ООН выпустили отчеты, в которых упор был сделан на изучение "ключевых точек" и недопущения того, что "человечество будет успокоено тем фактом, что климат меняется плавно".
Быстрее, быстрее, завтра всемирный потоп, дайте же быстрее денег на науку! А сами пока каждый день сидите час без света. Ну ли мы еще какую-нибудь акцию придумаем, если эта не понравилась. Ад, какой же ад. Это даже хуже, чем религия. Та, по крайней мере, не претендует на научный подход.

вторник, 17 марта 2009 г.

FAQ по 21-му веку от Чарльза Стросса

Не могу сказать, что я большой поклонник творчества Чарли Стросса как писателя, но, тем не менее, благодаря своему оригинальному взгляду на проблемы и цели человечества (мягко говоря, невеселому) он весьма интересен как футурист. Не так давно Чарльз в своем блоге опубликовал FAQ по 21-му веку - не то, чтобы это был всеобъемлющий и высоконаучный футурологический прогноз, нет, просто некая сумма любопытных и остроумных мыслей. Что мне из этого понравилось:

Q: Чего нам ждать?
А: Да практически всего того, о чем можно прочитать в New Scientist каждую неделю. Изменения климата,  истощение ресурсов (речь даже не о нефти; например, у нас осталось не более 60 лет до того момента, как исчерпаются природные залежи фосфатов - и, когда они закончатся, исчезнет наша сельскохозяйственная опора), перенаселение, и, что важнее - значительный социальный перекос между обществами развитых и развивающихся стран, что ведет к забавным побочным эффектам в экономике: дефляции, краху рынка недвижимости, стагнации в передовых исследованиях из-за нехватки специалистов - ну и ко всему остальному, на что способна злая голодная толпа приматов.
А, ну да, и еще неизвестные переменные.

Q: Неизвестные переменные? Что это?
A: Я думаю, это подходящее определение для разнообразных непредвиденных, непредсказуемых и беспрецедентных явлений, которые ожидают цивилизацию (иногда такие явления называют "черными лебедями"). Вот смотрите: с точки зрения наблюдателя, находящегося в 1909 году, современная потребительская электроника (даже не принимая во внимание компьютеры и глобальные сети) - это "черный лебедь", радикальное отклонение от очевидного для тех лет пути развития технологий (автомобили и самолеты). В те времена автомобили, поезда и самолеты уже существовали и вполне неплохо развивались, так что любой человек, обладавший наблюдательностью и острым умом, мог без труда предсказать их дальнейшее развитие. Вот чего он не мог представить - так это антибиотики, спутниковую связь и ядерное оружие. Кое-что из перечисленного, безусловно, в очень туманной форме предсказывалось футуристами тех лет, но в целом реальное воплощение стало для сюрпризом для всех.
Мы обязательно столкнемся с подобными неизвестными переменными в 21-м веке. Возможные их источники (включая, но не ограничиваясь) - биотехнологии, нанотехнологии, искусственный интеллект, локальное управление климатом, глобальное и повсеместное применение RFID-чипов - и, разумеется, политика. Но кроме этого появятся настолько странные и непривычные вещи и технологии, которые я даже примерно не могу себе представить.

Q: Какова картина в целом?
A: Общая картина состоит в том, что начиная примерно с 2005 года человеческий вид - впервые в своей истории - стал преимущественно состоять из городских особей. До этих пор большинство людей жили в сельской местности и занимались агропромышленной деятельностью. С 2005 года уже больше 50% всех нас живут в городах, причем темп урбанизации с каждым годом всё ускоряется. Если дело пойдет и дальше в том же духе, то примерно к 2100 году все человечество будет жить как в современной Великобритании (речь идет только об урбанизации, разумеется), где примерно 99% населения проживает в городах и пригородах.
И это повлияет абсолютно на всё.
Это повлияет на эпидемиологию. Это повлияет на производство материальных ценностей. Это повлияет на агропромышленность (возможно, в лучшую сторону, если это приведет к глобальному сдвигу в сторону концентрированного высокоинтенсивного производства пищи, возможно, на вертикальных фермах, благодаря чему дикой природе будут возвращены обезлюдевшие бывшие сельхозугодия). Это повлияет на разработку, создание и размещение наших энергетических, транспортных и информационных сетей. Это повлияет на демографию (городское население увеличивается преимущественно за счет иммиграции, и ему присуща более низкая рождаемость, чем сельским общинам). Надо ли объяснять глубину пропасти  между стабильностью мира 2109 года с населением 6.5 миллиардов, живущих качественной жизнью в творческих городах и стабильностью мира 2109 года, где 3.3 миллиарда живут в городах, а 3.2 миллиарда все еще существуют по принципу "что посадил - то и съел"?

Q: Как насчет колонизации космоса?
A: Забудьте об этом.
Если нам удастся избежать глобального коллапса, мы построим базу на луне, причем уже в достаточно близком будущем. Неважно, чья она будет - американская, китайская, индийская, кого-то другого или всех вместе, потому что 99.999% населения Земли все равно никогда в жизни не покинут поверхности родной планеты. Кроме того, наверняка состоится экспедиция на Марс. Но если не случится радикального биомедицинского прорыва или фундаментального физико-инженерного открытия, потомки обезьян в железных банках вряд ли в обозримом будущем долетят даже до Юпитера - чего уж говорить о колонизации Вселенной.
A: Забудьте о ней.
Сингулярность, восторг гиков - это то же самое, что и освоение космоса: событие, которое никак не затронет 99.999% живущих на планете (исключая, конечно, сценарий, в котором нам всем очень сильно не везет). Если сингулярность наступит и заинтересуется нами, то что бы мы ни планировали - все наши планы можно выкинуть в окно. Если не наступит, то сидеть и ждать прихода времени, когда всемогущие искусственные интеллекты спасут нас от поднимающегося уровня моря, истощения нефти и разумных биотехнологических тараканов - это По-настоящему Паршивая Идея. Лучший подход к сингулярности - это применить "Пари Паскаля" задом наперед, в том смысле, что сингулярность не наступит - а если и так, то не спасет нас от самих себя.

Q: Политика. Что спасет нас: социализм, капитализм, либертарианство, фашизм, демократия?
A: Полагаю, ничего из перечисленного.
Всё это - политические концепции и идеологии, которые возникли в результате Вестфальского мира и последовавшего за ним Европейского Возрождения. Для них характерно то, что эти концепции опираются на идею национальных государств, являющихся базовыми (атомарными) административными единицами с относительно четкими границами, правовыми системами и торговыми отношениями. В настоящее же время мы движемся в сторону гораздо более глобальной и расплывчатой модели подданства и правовых систем. Например, 70% издаваемых в современной Великобритании законов в основе имеют прототипы, созданные в ЕС, и даже в США, в стране с повышенным чувством законодательной независимости, значительная часть федеральных законов является развитием договоров Всемирной Торговой Организации. В современном мире автаркия практически недостижима, без особой нужды её невозможно развивать и поддерживать, хорошим примером чему могут послужить Северная Корея (намеренно изоляционистское и самодостаточное государство) и Зимбабве (увядающее под гнетом международных торговых санкций)
Мы все еще ждем, что появится какая-то идеологическая полярность эпохи интернета, хотя вот Брюс Шнайдер уверяет, что ключевым политическим вопросом 21-го века будет "как вообще обеспечить приватность в мире повсеместной связи и наблюдения". Кое-кто уже сейчас настаивает, что само понятие "приватность" умерло. И поскольку следование закону Мура неизбежно подводит нас к тому моменту, когда записывать и запоминать можно будет вообще всё, я не вижу смысла спорить о неизбежности глобального наблюдения, что еще можно обсуждать - так это моральность подобных действий.

Q: Что насчет религии?
A: Доктрины некоторых религиозных верований, которые предписывают конкретный образ жизни и запрещают некоторые технологии, могут стать серьезной угрозой для наших способностей приспосабливаться к меняющемуся миру - но до тех пор, пока религия ограничена своими последователями, оставшиеся из нас имеют неплохие шансы выжить. Однако, если религиозные убеждения прорываются на высокий уровень (например, когда верующие так или иначе получают рычаги власти, и законодательно распространяют свои табу на целые нации), у нас могут быть проблемы.

Q: Ну мы же выживем?
A: Нет - в долгосрочной перспективе мы все умрем. Это касается как отдельных индивидуумов, так и человеческого вида в целом. С другой стороны, лично я надеюсь перед этим еще неплохо пожить, чего и вам желаю!
 
Такие дела, немного категорично и весьма мрачновато, да? Кстати, у него там в комментариях к этому посту развернулась настоящая феерия интересных и оригинальных мнений читателей, что достойно, пожалуй, отдельного поста, но мне ужасно лень.
Ну и да, клёвая футболка, мистер Стросс!