Манифест геолокативного искусства

Геолокативное искусство, явление, придуманное Уильямом Гибсоном (хотя, наверное, не им, а кем-то другим, ещё раньше) обзавелось своим манифестом. Обычно именно манифестом называют кусочек бессмысленного в своей напыщенности текста, который позиционирует явление в современной медиа-культуре. Как и любому манифесту, ему свойственен прямо-таки, знаете, подростковый пафос и максимализм, выраженный во всех этих фразах наподобие "Мы врываемся в таинственные Врата Невозможного! Пространство и Время уже умерли!" Ну и так далее; в общем, если вы представляете себе, что такое субкультура, основанная на литературном киберпанке, то вы наверняка до боли знакомы и с разнообразными манифестами как таковыми - достаточно прочитать один, чтобы приняться поливать желчью все остальные.

Но в отличие от манифестов прыщавых "ковбоев киберпространства", возвышенный пафос манифеста дополненной реальности может иметь под собой прагматичный фундамент. Совершенно очевидно, что окружающая реальность, которую мы воспринимаем на бытовом, повседневном уровне, есть модель, которую мозг генерирует на основе информации, поставляемой ему органами чувств. Соответственно, дополненная реальность - это технология, которая впервые в истории потенциально может претендовать на возможность искажения реальности, а также симуляции объектов и явлений, которых не существует и даже не может существовать, не противореча при этом школьному учебнику физики. Конечно же, я имею в виду гипотетическую "серьезную," научно-фантастическую дополненную реальность, а не это "посмотри, как клево мой смартфон распознает картинки". Которая еще появится... да кто ж знает, когда она появится, хотя принципиальных технологических ограничений здесь нет никаких. Но, тем не менее, даже в плане научной фантастики возможности геолокативного искусства кажутся просто захватывающе безграничными. Вообще я к чему: пафос составителей манифеста дополненной реальности, на мой взгляд, вполне обоснован. Если бы этот пафос разделяли инженеры, а не гуманитарии, то было бы вообще здорово.

Гиперурбанизация Китая

Будущее, как это последнее время ему свойственно, распределено неравномерно, но со временем первенство в бесконечной гонке на пути в счастливое солнечное завтра захватывает Юго-Восточная Азия. В деле перепрыгнуть весь остальной мир китайцы ставят новый рекорд. Местные архитекторы и экономисты в дельте одной из рек планируют создать гиперполис с невероятной степенью урбанизации - 42 миллиона человек станут жителями единого колоссального города, который по площади окажется в 26 раз больше Лондона. Ядром гиперполиса станут 9 городов, которые образуют промышленную конурбацию Pearl River Delta. В течение шести ближайших лет эти города будут связаны воедино посредством полутора сотен проектов в сфере инфраструктуры, включая общий транспорт, общее энерго- и водоснабжение, общий телеком и прочие нужные в хозяйстве вещи.

Потрясающе, конечно. Воображение прямо-таки дорисовывает гигантский гиперполис, который опухолью из стали и бетона покрывает значительную часть поверхности суши, прямо как поверхность Корусканта из "Звездных войн". Тем более что к концу десятилетия Китай обещает создать урбанистические кластеры аж на 100 миллионов человек. Как же все-таки их много, если выходит так, что один китайский гиперполис недалекого будущего вместит целиком и полностью все население России - а это, на минуточку, государство с самой обширной территорией на планете. Но, безусловно, это проблемы самой России, но никак не Китая. Проблемы, которые заключается даже не столько в том, что население страны уменьшается, а в том, что совершенно определенно скоро у китайцев свое собственное место под гиперполисы закончится.

"Голливудизация" книг

Навеяло вот этим постом на SF Signal, где разные люди рассуждают на тему быстрых мутаций книгоиздательства в ближайшее десятилетие, вызванных всеми этими переменами, которые несут современные технологии потребления медиа-контента.

В общем, как и подразумевалось, большинство сходится к мнению, что спустя десять лет книги в том виде, в котором они существовали со времен Гутенберга, уйдут в прошлое. Крупные книготорговые сети и большинство издательств, скорее всего, либо разорятся, либо сменят вид деятельности. Но исчезнут печатные книги, разумеется, только из поля зрения массового потребителя, поскольку всегда найдутся эстеты и маргиналы, которым жить невозможно без теплого шуршания страниц и этого "восхитительного запаха типографской краски". Остальные же наслаждаются прекрасным новым миром, в котором литература вытеснена крайне технологичным и концептуальным явлением, известное повсюду как "transmedia storytelling". "Мультимедийное повествование", кажется, есть самый адекватный перевод этой ультрамодной штуки, но, поскольку слово "мультимедиа" сейчас напоминает об эпохе времен Windows 98 и ощутимо попахивает плесенью, то поэтому - "трансмедиа". С трансмедиа есть существенная проблема: то, что предполагается сделать настоящей вкусняшкой для потребителя, будет стоить действительно дорого. Это ведь вовсе не то же самое, что посадить студента-литератора на месячную дозу кофеина с целью получения набора слов, описывающих героические похождения небритого мужчины по радиоактивным пустошам. Здесь нужны, помимо литературных, таланты визуальной и звуковой индустрии. Поэтому очень вероятен следующий сценарий: книги будущего станут постепенно мигрировать к "блокбастерной" модели производства и маркетинга, позаимствованной из Голливуда. 

Это означает примерно следующее. В трансмедиа-проекты будут вкладывать серьезные деньги, над ними будут работать серьезные программисты, художники и дизайнеры. Из-за высокой стоимости по сравнению с линейной литературой новых книг будет появляться значительно меньше, а рекламная шумиха вокруг каждого из них - больше. Соответственно, практически все деньги будет собирать десяток проектов, а на долю большей части не столь раскрученных и не настолько технологически продвинутых созданий придется незначительная касса. Конечно же, появятся неизбежные звезды трансмедиа, неминуемые "артхаус"-проекты, и проекты для тех, кто особо не претендует. Помимо этого, уже можно заранее предсказать некоторые другие черты, которые вырисовываются из тумана неопределенности. Это "сериальный", подписной способ распространения, и если для голливудских фильмов возможность сиквелов и приквелов определяется, как правило, постфактум, то для трансмедиа многосерийность будет изначальной стратегией. Ничто так не радует инвестора, как потенциальная возможность получать деньги за подписку. Другой предсказуемый момент - трансмедиа, в отличие от  линейных книг, изначально являются идеальной площадкой для маркетинга. По мере того возникновения новых трансмедиа-проектов и постепенного вытеснения ими линейных повествований слияние брэндов и массовой культуры, о котором в свое время писала Наоми Кляйн, можно будет считать законченным. 

Seth Engstrom

Несколько работ художника Seth Engstrom, пропитанных таким духом high tech / low life, что аж в горле першит.

И еще он же, но в несколько другом ракурсе. Апокалиптическая тематика в стиле "за нами пришли".

Попытка расстановки точек в теме оцифровки сознания

Идея загрузки сознания в цифровую машину - краеугольный камень современного трансгуманизма. С загрузкой сознания связан такой забавный и достаточно любопытный, я не знаю, миф, что ли - об оцифровке сознания в контексте трансгуманистской риторики говорят, как правило, как о почти свершившемся факте. Ну ладно, не совсем свершившемся, но уже вот-вот на подходе, дело десятилетия-другого, понятно же. Совсем скоро, дескать, люди обретут бессмертие, потому как станут нестареющими наборами нулей и единиц. Сеть пестрит многостраничными обсуждениями таких, безусловно, насущных явлений, как сексуальные увлечения оцифрованных разумов. Один сумрачный гений местного разлива с завидным упорством даже развивает научное направление, целиком высосанное из пальца, под названием "сеттлеретика" - наука о переселении разума в компьютер. Ну, поскольку я последнее время как-то болезненно воспринимаю трансгуманизм головного мозга, то, думаю, уместно будет сказать несколько слов по поводу этой затеи, весьма захватывающей в плане научной фантастики, но совершенно тухлой в научном смысле.

Вот очень адекватный пост, в котором доходчиво объяснено, почему, собственно, всё это веселье с оцифровкой разума не выдерживает никакой строгой критики. В сущности, ссылка на него уже была в комментарии здесь, но пост Тимоти Ли действительно настолько хорош, что хочется обратить на него внимание еще раз.

Ученые пытаются моделировать глобальный климат уже несколько десятилетий, но всё это колоссальное ускорение, которое произошло в вычислительной технике за последние 20 лет, привело лишь к скромному улучшению качества прогнозов погоды. Причина в том, что естественные, природные системы гораздо, гораздо сложнее, чем наши самые мощные компьютеры. То же самое можно сказать про человеческий мозг. В мозгу порядка 100 миллиардов нейронов. Если бы каждый нейрон был, с точки зрения математики, достаточно простой конструкцией, то действительно, можно было бы вообразить появление через 10 или 20 лет компьютеров настолько мощных, что они будут способны полностью моделировать все нейроны и все связи между ними. Но ведь каждый нейрон и сам по себе - сложнейшая биологическая система. И я не вижу поводов предполагать, что мы когда-либо сведем эту систему к математически описываемой модели (как мы не можем к такой модели привести глобальный климат вот уже полвека).

От себя добавлю, что не только отдельный нейрон является сложной структурой, но и связи между нейронами представляют собой сложнейшие явления. Они изменяются динамически, причем закономерности, согласно которым происходят эти изменения, сейчас даже в самых общих чертах известны весьма смутно. Да чего уж нейроны. Есть тысячи вопросов, связанных с работой мозга, и без ответов на каждый из них бессмысленно говорить о какой-либо полноценной имитации его работы. Например, как описать механизм работы сознания и рефлексии? Связана ли постоянная, долговременная память с сознанием и какую роль в этом играет гиппокамп? Как влияет непрерывное изменение синаптических связей в мозгу на долговременную память? В чем причина разделения функциональности между областями коры головного мозга? В какой форме передаются сигналы по нервным волокнам и через синаптические щели? К слову, не так давно именно эти вопросы я задал упомянутому выше пророку переселения разума в машину. В ответ мне была названа сумма, после расставания с которой я смогу получить ответы на все интересующие вопросы. А то бесплатно - ишь, хитрый какой. Глупо и смешно, особенно учитывая то, что ответ на любой из этих вопросов - это гарантированная Нобелевская премия. 

Словом, основная проблема с загрузкой в том, что трансгуманисты рассматривают мозг как компьютер буквально, вплоть до аналогии "нейрон = транзистор". Неудивительно, что они молятся на Закон Мура, согласно которому число транзисторов на чипе спустя некоторое время достигнет сакральной цифры в 100 миллиардов штук. Вот тогда-то, дескать, и настанет сингулярность, и дружно, взявшись за руки, зашагаем мы внутрь машины. Но нейрон - это не транзистор. Это не ячейка "есть заряд / нет заряда". Это сложнейшая динамическая система, и совокупность из миллиардов таких систем формирует мозг. И, проводя дальнейшую аналогию с климатом, говорить сейчас, что к 2030-му появится возможность оцифровывать мозг, это то же самое, что в 1980-м утверждать, что спустя тридцать лет появится возможность полностью управлять погодой. Ведь мы же знаем, почему дует ветер, и откуда берутся облака, а остальное посчитаем на компьютере, они же станут такими мощными через 30 лет!

Первые три номера русскоязычного New Scientist

Ближе к концу прошлого года у себя в микроблоге я уже писал о том, что началась подписка на русскоязычную версию лучшего, на мой взгляд, мирового научно-популярного издания - New Scientist, и вот наконец первые три номера прочитаны (спасибо, Янушка!) и восторгам нет предела.

Совершенно точно уже можно утверждать, что отечественная версия взяла от оригинального журнала все самое лучше, и самое главное - высочайшее качество материала. Я очень люблю New Scientist как раз за то, что он, на мой взгляд, ориентирован именно на таких энтузиастов, как я. С одной стороны, статьи в нем написаны вполне популярным языком и не настолько тяжелы, как работы в профильных научных рецензируемых журналах. С другой - никакой желтизны и лажи, никаких скидок на необразованность читателя. Но прелесть издания даже не в этом. New Scientist отличает от других научно-популярных журналов сам подход к контенту, его редакционная политика - именно то, что заключено в слове "New". Об этом как раз пишет главный редактор русскоязычного издания, академик А. Хохлов в предисловии к первому номеру журнала. 

Мы будем писать про новые форматы существования науки, образования, бизнеса, искусства в условиях постиндустриальной экономики, про стиль и условия жизни в постиндустриальном мире. Миссия журнала - способствовать творческому развитию и профессиональному росту в постиндустриальном обществе.

New Scientist очень современен. Это как пульс науки, как запечатленное мгновение того, что прямо сейчас происходит на планете с научной точки зрения. При этом журнал не ограничивается только сугубо научными статьями и новостями - в нем очень много материалов о том, как наука и технологии влияют на общество и экономику, много хорошей аналитики и любопытных прогнозов. Журнал не брезгует качественной научной фантастикой, а раздел "CultureLab" для меня - постоянный источник информации о новой научно-популярной литературе. Всем этим меня и покорил оригинальный журнал, а теперь и отечественная версия. В этом плане он является полным антиподом, например, журналу "Наука и жизнь", который, при всех его достоинствах, кажется, так и застрял где-то на рубеже 80-х годов прошлого века.

Русскоязычное издание отличается от оригинала, во-первых, тем, что помимо статей из англоязычного выпуска содержит собственные материалы, ориентированные на отечественное научное сообщество. Во-вторых, журнал выходит ежемесячно, а не еженедельно. В третьих, каждый номер оригинального журнала в конце содержит несколько страниц с вакансиями для ученых и техников, а у нас такого нет (впрочем, это, возможно, временно). Дизайн, полиграфия, и качество номеров журнала такое же, как и у английского варианта. Объем каждого ежемесячного номера порядка 100 страниц, что, конечно же, меньше, чем четыре еженедельных номера оригинального журнала, в каждом из которых примерно 40-50 страниц за вычетом рекламы, но это и не страшно. 

В общем, я просто безумно счастлив, что мой любимый журнал теперь выходит на родном языке, не потеряв при этом никаких достоинств оригинала. Даже сам факт появления New Scientist на отечественном рынке вселяет надежду. В компании с русскоязычным изданием Scientific American ("В мире науки") New Scientist теперь однозначно является флагманом научно-популярной периодики в стране. Прекрасное начало года, друзья!

Андреас Эшбах. "Выжжено"

Захватывающее погружение в нефтяное болото, в котором увязла цивилизация и энергетический коллапс, который неизбежно из этого болота вытекает.

Маркус Вестерманн, выходец из Германии, всеми силами старается закрепиться в США и добиться финансового успеха. Он грезит "американской мечтой" и надеется на шанс, который ему может предоставить судьба. И действительно, спустя некоторое время он получает удивительную возможность разбогатеть (неимоверно, просто неприлично разбогатеть). Маркус случайно сталкивается со странным полуграмотным нефтяником Карлом Блоком, который вынашивает идею добычи поистине бесконечных запасов нефти, которые, якобы, непрерывно вырабатывают в толще земли некие бактерии. Поразительно, но метод Блока, кажется, действительно работает - он умудряется находить нефть там, где нефти быть не может по всем научным данным. Маркус и Блок получают поддержку инвесторов, и, кажется, вот-вот весь мир падет к ногам новоявленных энергетических магнатов. Но в это же время внезапно для всего мира, и в особенности - для США,  выясняется, что Саудовская Аравия, один из важнейших мировых поставщиков, больше не может поддерживать высокий темп добычи нефти. Имеющиеся нефтяные поля истощаются и наступает peak oil - резкое подорожание нефти на фоне спада её добычи. Вся надежды мира сводятся к инновационной фирме Маркуса и Блока - но вот тут-то и начинается такая головокружительная интрига, что от текста просто не оторваться.

"Выжжено" - это отличный, мощный и увлекательный технотриллер, который проходит постепенную трансформацию от success story амбициозного эмигранта через политико-экономический детектив к мрачной истории краха цивилизации из-за истощения запасов нефти. Хотя, наверное, "крах цивилизации" здесь - слишком громкое выражение, потому что картина, нарисованная Эшбахом, не очень-то похожа на безнадежную антиутопию. Действительно, мир сильно изменился. Миллионы людей потеряли работу и средства к существованию, а огромное количество бывших "белых воротничков" оказалось вынуждено бороться за выживание практически буквально. Почти полностью исчезли автомобили и самолеты, а мир снова стал бесконечно огромным. На примере семьи сестры главного героя, типичных представителей немецкого среднего класса, показано, как постепенно меняется весь уклад жизни людей по мере того, как цена за литр бензина стремится к бесконечности, а имеющиеся наличные - к нулю. В этом и проявляется основная ценность романа - он превосходно показывает, насколько современная цивилизация зависима от нефти, и насколько тонок тот волосок, на котором держится весь технологический прогресс. Удивительно, что исчерпание нефти, пресловутый "peak oil", сейчас может казаться некой технократической страшилкой, которая на фоне, допустим, изменения климата  выглядит неправдоподобно. Но Эшбах, с великолепной эрудированностью повествующий об экономических и технологических аспектах современной нефтедобычи (безумно интересное чтиво, кстати, особенно рассуждения о связи добычи нефти с политикой), создает впечатление прямо-таки неотвратимого скорого коллапса мировой энергетической системы. И, что самое любопытное, ему прекрасно удается донести мысль о незаменимости нефти в мировой экономике, о неподготовленности цивилизации к энергетическому кризису и о том, насколько наивно сейчас полагаться на альтернативную энергетику. Кроме того, в романе прекрасный, остроумно закрученный сюжет и даже в эпилоге, в последних строчках, остается интрига. Словом, роман Эшбаха - как глоток свежего воздуха в мутном болоте унылого "сетевого реализма" и прочих вещей, которые следовало бы называть "технотриллером" или "технократическим детективом" - но после того, как прочтешь по-настоящему клевый технократический детектив, язык уже на это не повернется.

Кое-что о проблемах в звездоплавании

Читал тут всякие вещи, связанные с возможными успехами расселения человечества по разнообразным небесным телам, коим счет уже пошел на сотни. Если вкратце, то эти самые возможные успехи вырисовываются весьма туманно из-за огромной массы проблем, связанных с транспортировкой человеческих тушек к звездам. Человеческое тело - это одна сплошная проблема на пути научной-фантастической мысли. Медузы, например, приспособлены к межзвездным путешествиям гораздо лучше нас, что бы мы ни имели в виду под фразой "межзвездные путешествия".

Начать нужно с того, что без искусственной гравитации к длительным перелетам по небесам можно вообще не подходить (длительные - это, разумеется, по межзвездным меркам: предполагается, что на борту межпланетного ковчега на пути к цели сменится не одно поколение людей). Главная неприятность, которая влечет за собой невесомость для наших тел, привыкших к стабильным 9,8 метров на секунду в квадрате, состоит в мышечной атрофии - причем первым делом страдает сердце, и очень быстро. Следующая проблема - это истощение костной ткани. Кроме того, серьезные проблемы со временем проявляются с вестибулярным аппаратом и сенсорным восприятием. Все эти неприятности очень ярко наблюдаются у космонавтов, проводящих на орбите как минимум несколько месяцев. Потенциально, конечно, трансгуманисты обещают вывести "человека 2.0", специально приспособленного к условиям микрогравитации, но я уж, честно признаться, и не знаю, что проще - создать искусственную гравитацию за счет центростремительной силы, или вывести новую расу разумных существ.

Есть более тонкая штука, связанная с полетами в условиях микрогравитации. Раз мы говорим, что биоматериал, отправленный покорять звезды, обязан худо-бедно поддерживать свою численность в течение столетий, то неизбежно встают вопросы сугубо технического плана, касающиеся размножения. Дело в том, что дети будут рождаться уродами. Опыты показывают, что эмбрион в условиях низкого тяготения формируется неправильно: деформируются кости. Следовательно, даже если удастся справиться с мутациями, вызванными мощной космической радиацией (ну, с помощью какого-то электромагнитного щита, например), то это не избавит от уродств, связанных с эмбриональным развитием. Ну и наконец, последнее разочарование. Чего уж там говорить о детях, когда даже старый добрый секс в условиях невесомости, оказывается, очень даже затруднен: кровяное давление в необходимых органах понижено, и, в целом, вся эта биомеханика работает с куда меньшим энтузиазмом, чем на Земле. Если работает вообще. В общем, гравитация при длительных перелетах - ключевая штука, без нее никуда.

Изворотливый футуризм Курцвейла

Отличная, просто прекрасная статья на уважаемом IEEE Spectrum, в которой наконец-таки вещи названы своими именами, а Церковь Трансгуманизма и пророк его Рэймонд Курцвейл подвергнуты холодному, непредвзятому анализу.

В феврале 2005-го Курцвейл в выступлении на конференции TED заявил, что

К 2010-му году компьютеры исчезнут. Они станут настолько малы, что будут скрыты в нашей одежде, повсюду в окружающей среде. Изображения будут проецироваться напрямую на сетчатку, и это позволит создавать полноценные "погружающие" виртуальные миры.

Достаточно посмотреть вокруг, чтобы убедиться, что этот прогноз, мягко говоря, несколько не попал в точку. Но дело не в том, что Курцвейл не сумел точно предсказать время появления каких-то технологий (само предположение, что компьютеры когда-либо станут сверхминиатюрными, не вызывает никаких возражений), а в том, насколько по-религиозному лицемерные аргументы он приводит в свою защиту. Курцвейл - скользкий и изворотливый демагог, его невозможно поймать на словах. В этом случае он говорит: "Не стоит мои слова понимать буквально. Под фразой 'компьютеры исчезнут' я имел в виду, что функции десктопов распределятся между множеством мобильных устройств". И в этом смысле, разумеется, 2010-й, с его новыми планшетниками и смартфонами, стал торжеством предвидения Курцвейла (хотя и в 2005-м существовали и смартфоны, и планшетники, но до современного бума было еще далеко). Так обстоит дело с очень многими его прогнозами - чуть ли не со всеми, если исходить из статьи в IEEE Spectrum.

Это, конечно, отличная позиция, непрошибаемая - выражаться настолько обтекаемо и двусмысленно, что маститые астрологи и гороскоповоды локти кусают от зависти. Печально, насколько вот этот подход знаменосца трансгуманизма к своим предсказаниям напоминает то, как религиозные деятели трактуют библейские сюжеты. Точно так же они призывают не "воспринимать сказанное буквально". Точно так же они вольны рассматривать случившееся через призму своих убеждений. Точно так же они не приемлют альтернативных взглядов.

Следующий основной прогноз Курцвейла - полная симуляция человеческого мозга, его "reverse engineering" к 2029-му году. Надо ли говорить, что на сегодняшний момент не существует никаких предпосылок для подобного прорыва, на что футурологу неоднократно указывали видные ученые-нейробиологи. Бесполезно: Курцвейл, вооруженный законом Мура и слепой верой в экспоненциальный график развития технологий, не слышит никаких доводов. Он открыл специальное учебное заведение, Singularity Univercity, где за $15000 можно прослушать девятидневный курс на тему того, как научиться управлять экспоненциально развивающимися технологиями - предполагается, что автор курса знает, как это сделать.

При этом Курцвейл, безусловно, умнейший человек и яркая личность. И тем печальнее видеть всю эту изворотливость и слепую напористость, с которой он защищает свои взгляды. Конечно же, тот факт, что "лицо трансгуманизма", самый известный и раскрученный деятель движения использует религиозную риторику для обоснования своих прогнозов не особо способствует популяризации трансгуманизма. Который и так-то последнее время больше всего похож не на рациональное, позитивистское движение, а на тоталитарную церковь технологического прогресса. С иконами и святой инквизицией.

Metropia

"Metropia" - своеобразная смесь "Бразилии" Гиллиама и "A Scanner Darkly" Линклейтера, странный и самобытный фильм, один из самых необычных за последнее время. Нет, правда, он очень неоднозначный и вызывает противоречивые чувства. С одной стороны - сюжет. Он скучный. Скучный и дурацкий, хотя, казалось бы, сеттинг многообещающий: антиутопия, мрачная декадентская посткризисная Европа, пронизанная густой сетью метрополитена. Подземка соединяет между собой всю часть света: Скандинавию с Италией, Британию с Балканами. Вокруг подземки и вращается существование людей, которые прячутся под землей от вечного промозглого дождя: в результате глобального потепления разница между временами года стерлась. В этом антураже развивается детективная история, включающая в себя могущественную корпорацию, управление сознанием (посредством шампуня от перхоти - смешно, но достаточно остроумно), а также человека-винтика, который оказался замешан в корпоративные интриги. В общем, на словах это звучит даже несколько интереснее, чем есть на самом деле.

Но с другой стороны, "Metropia" - это нечто совершенно поразительное, завораживающее и самобытное в плане видеоряда, примерно настолько же самобытное, как и упомянутый "A Scanner Darkly". Там используется какая-то очень странная и непривычная цифровая обработка изображения, в результате которой персонажи похожи на сюрреальных кукол. На imdb в графе "жанр" значится "анимация", но, знаете, между Metropia и привычной цифровой анимацией лежит такая же пропасть, как между работами Pixar и студенческими забавами в Maya - не в том смысле, что шведские кинематографисты создали визуальный шедевр, а в том, что Metropia совершенно уникальна. И потом, это очень атмосферный и настроенческий фильм. Зрелища, которым удается создать настроение, меня всегда покоряют. В Metropia невероятно красивые пейзажи сумрачных, пасмурных безлюдных городов. Фильм выполнен в теплой, осенней гамме оттенков коричневого, что, конечно, тоже создает несколько печальное, отрешенное ощущение. На мой взгляд, это прекрасное меланхоличное зрелище - отлично подойдет, когда глазам нужно отдохнуть от высокотехнологичного цирка a-la Голливуд.

Корпоративная научная фантастика: The Morrow Project

Часто говорят, что научная фантастика - это авангард прогресса; в сущности, настолько часто, что это стало скучным клише. В действительности понятно, что фонтанировать идеями гораздо проще, чем эти идеи реализовывать на практике: фантазируй на здоровье, не выходя за рамки известной науки, и можешь быть уверен, что через какое-то время хотя бы часть из твоих фантазий воплотится в жизнь. Примерно так работает литературная научная фантастика в плане "прогнозирования" будущего, и лучше всего это всё, как вы понимаете, характеризуется фразой "пальцем в небо". Однако уже сейчас есть удивительные примеры того, как крупные корпорации, определяющие технологический облик современности (часто называемые "трендсеттерами") намеренно, целенаправленно используют научную фантастику для... я даже не знаю: стимуляции воображения сотрудников? внутрикорпоративного "мозгового штурма"? утонченного брэндинга среди sci-fi и hitech-гиков? Похоже, для всего этого вместе.

В рамках медиа-проекта "The Morrow Project", который придумали и организовали в Intel, четверо известных НФ-писателей (среди которых, в частности, Дуглас Рашкофф и Рэй Хэммонд) написали четыре небольшие повести, которые так или иначе отражают жизнь людей в недалеком будущем (сборник доступен для свободного скачивания). В произведениях затронуты темы, связанные с развитием современных перспективных разработок самой Intel: фотоникой, робототехникой, интеллектуальными сенсорами и телекоммуникациями. Тут интересен даже не столько литературный уровень произведений (который, на мой вкус, достаточно посредственный, хотя и далеко не низкий), сколько сам факт того, что крупная корпорация использует НФ в качестве своеобразного стимулятора воображения - а уж этим-то фантастика славилась всегда. Вообще Intel достаточно давно известна своим позиционированием в качестве этакой путеводной звезды в будущее - дескать, куда мы светим, там и будущее - что, в общем-то, имеет определенные подтверждения в реальном мире. В этом смысле сборник "The Morrow Project" не выглядит чем-то инородным и противоестественным для корпорации.

"Корпоративная" научная фантастика, то есть художественная литература, выпущенная под флагом организации-трендсеттера, в целом достаточно интересное явление. Если отвлечься от очевидного и неизбежного product-placement, у нее есть несколько характерных признаков, которые, на мой взгляд, отличают "корпоративную" НФ от обычной, "издательской". Во-первых, такая фантастика с высокой долей вероятности отражает видение будущего, которое присуще именно этой корпорации, и "The Morrow Project" хорошо это демонстрирует. Подобные экземпляры НФ могут быть очень интересны в плане предсказания недалекого будущего, поскольку понятно, что будущее технологий, собственно, и определяется этими самыми корпорациями. Например, было любопытно почитать near-field sci-fi от Apple (впрочем, существует мнение, что такая фантастика уже написана полвека назад Джорджем Оруэллом). Во-вторых (и это следует из предыдущего предположения), "корпоративная" НФ необязательно должна ориентироваться на вкусы и предпочтения массового читателя, что является неизбежным для классических издательств. Она может быть более камерной, более научно насыщенной, более сложной, постмодернистской, по сравнению с типичными массовыми фантастическими произведениями. Наконец, крупные хайтек-корпорации, как я это вижу, гораздо больше заинтересованы в футуристичных трансмедиа-проектах, имеющих, помимо литературной составляющей, еще и мультимедиа, игровую и социальную функциональность. Ведь такие проекты способствуют значительному повышению спроса на потребительские медиа-платформы - пресловутый iPad тому пример. Издательства же более консервативны, риски инвестирования в сложные современные трансмедиа-проекты очень высоки. С другой стороны, та же Intel, в рамках маркетинговой компании своей мобильной платформы MeeGo, могла бы, гипотетически, запустить высокотехнологичный fiction-проект, тем самым задав для платформы определенную планку. Что ж, посмотрим.

Ближайшие 25 лет по версии Guardian

Интересная статья в Guardian, где приглашенные эксперты в разных областях делятся мнениями относительно того, как будет выглядеть наш мир через четверть века. Так вот, в ближайшие 25 лет:

Мир по-прежнему будет управляться национальными государствами, причем центр влияния будет постепенно смещаться из Северной Америки и Европы в Восточную Азию. Вероятность масштабного вооруженного конфликта между крупными державами в 2010-х годах низка, но в 20-х существенно увеличится.

Зловещий "Peak Oil", максимальная точка рентабельной добычи ископаемого топлива, неизбежен и наступит в ближайшие 25 лет. Альтернативные источники энергии (включая ядерную и гидроэнергетику) на сегодняшний день не могут полностью заменить ископаемое топливо, и вряд ли справятся с этим в обозримом будущем. Холодный термоядерный синтез пока остается за горизонтом технологий.

За те ближайшие 20 лет, в течение которых будет работать Большой Адронный Коллайер, физика получит ответы на основные фундаментальные вопросы современности: чем обусловлена масса элементарных частиц (и действительно ли она связана с существованием бозона Хиггса), что представляет собой "темная материя" и насколько корректно описывает реальность теория струн. 

По прогнозам, рост человечества стабилизируется к середине столетия на отметке порядка 10 миллиардов особей, при этом отметки в 9 миллиардов раса достигнет уже к 2030-му году. Прокормить всю эту ораву современная система производства пищи не в состоянии. Вероятно, произойдут радикальные изменения в мировой экономике, вызванные перераспределением пищевых мощностей. Благодаря глобальному потеплению, огромные просторы Сибири станут доступны для сельскохозяйственной деятельности и Россия получит возможность стать продовольственной супердержавой. Вообще говоря, ученые сходятся на мысли, что планета потенциально способна прокормить и 10 миллиардов человек - правда, весьма неаппетитным способом, на взгляд современных людей. И да, генетически модифицированные продукты. Если это кого-то до сих пор пугает, учтите: через 10 лет других не будет вообще.

По поводу нанотеха, помимо перечисления всех его потенциальных достоинств и возможностей, высказана достаточно любопытная мысль: нанотехника - это отрасль технологий, которая впервые в современную эпоху получит развитие не в Европе и США, а в Китае.

Веб, который создали гики, хиппи и академики, окончательно уйдет в прошлое. Интернет станет прагматичной и безопасной коммуникативной средой. Основной ценностью Сети останется обмен информацией, но этот обмен будет производиться на условиях, которые диктуют корпорации. Представление о "вебе", как о наборе страничек, расположенных на серверах, также уйдет в прошлое: сеть будет представлять неоднородное лоскутное одеяло сервисов и приложений, ориентированных, в том числе, на мобильный доступ.

Вслед за Интернетом, постепенно поглощающим объективную реальность, виртуальные игры также станут смешиваться с реальным миром. Игры станут больше ориентироваться на физическую активность геймера, а также на контекст и бытовое окружение, в котором находится играющий. Распространятся новые виды игр: проблемно-ориентированные, научные, медицинские (направленные на лечение заболеваний психики), кооперативные (к слову, "кооперативные игры", когда игроки выступают совместно, вместо того, чтобы соревноваться друг с другом, появились только в цифровую эпоху. Все "классические" игры - спорт, карты, шахматы - предполагают соперничество).

Голографическое телевидение, скорее всего, пройдет свои первые испытания в области массовых спортивных трансляций. Что касается спорта, то химические и биологические улучшения спортсменов, как и сейчас, останутся вне приемлемых этических рамок.

К 2030-му году психика станет точно таким же предметом лечения, как и физические болезни.

Наукометрия и возможные успехи науки в 2011-м

Знаете ли вы, друзья, что существует научный подход, который измеряет скорость научных открытий, то есть скорость развития самой науки? Эта штука называется наукометрия (scientometrics), и, несмотря на скудность информации по ссылкам, можно понять, что наукометрия основывается на количественном анализе статей в научных журналах. То есть работает это, утрированно, так: берем весь массив научных работ за последнее время и натравливаем на них дата-майнинг и статистический анализ, выявляя некие закономерности. Потом на основе этих закономерностей и трэндов пытаемся с умным видом рассуждать о будущем развитии науки. Один из наиболее известных сейчас людей, которые применяют подобный подход - Сэмюэль Арбесман. Он известен преимущественно тем, что заявил о существовании в развитии науки эмпирического экспоненциального закона, сходного с пресловутым законом Мура. Ну, этим-то нас, вроде как, не удивить - об экспоненциальном росте науки не говорил только ленивый. Но Арбесман стал, видимо, первым, кто умудрился с помощью своего метода осуществить вполне точное предсказание - он проанализировал открытия в области астрономии (в частности, связанные с поиском экзопланет) и заявил о скором открытии планеты с близкими к земным характеристиками (то есть, по крайней мере не газового гиганта). Каковая и была зарегистрирована в конце сентября ушедшего года в 20 световых годах от Земли и сейчас известна как Gliese 581.

После такого очевидного успеха попробуйте утихомирить Аберсмана - он ведь принялся брызгать предсказаниями во все стороны. Основная его фишка, конечно, это внесолнечные планеты. Расчеты ученого показывают, что с вероятностью в 50% к маю 2011 года будет открыта планета, настолько похожая на нашу родную, что можно будет говорить о колонизации. С вероятностью в 75% такая планета будет найдена к 2020-му году, и с вероятностью в 95% - к 2264. Кроме того, в наступившем году с достаточно высокой вероятностью случится следующее:

• Теоретически предсказанная "стабильная зона" в периодической таблице для сверхтяжелых элементов достигнута не будет. Предполагается, что стабильным сверхтяжелым элементом должен стать изотоп, ядро которого содержит 184 нейтронов и 114, 120 или 126 протонов. Ну, а мы только достигли унусептия, с его 174 нейтронами.
• Зато знаменитая "миллионная проблема" неравенства классов сложности P и NP, скорее всего, будет решена. Как вы помните, в прошлом году Деолаликар из Hewlett Packard предъявил доказательство, но оно не прошло проверку. Кстати, обсуждение доказательства Деолаликара, как говорится, доставляет не хуже самого доказательства: развернувшиеся споры и обсуждения в коллективных и персональных блогах очень хорошо иллюстрируют явление "наука 2.0"
• Уменьшение скорости роста числа новых пользователей Сети.
• 2011 год станет первым годом электромобилей. Серьезных электромобилей. Вообще эта фраза традиционно всплывает каждый год, и каждый раз кажется, что ну вот уж в этом-то году точно электромобили выйдут на конвейер.
• И точно так же этот год станет первым годом серьезной коммерческой космонавтики. Как раз против этого нет никаких возражений, учитывая последние успехи Virgin Galactic и SpaceX.

В целом, мне нравится идея поиска трэндов в научных статьях. Это кажется гораздо более разумным и продуктивным, чем высосанные из пальца спекуляции трансгуманистов. Особенно отечественных. Особенно отечественных имморталистов. Ууу, лес дремучий.